ჯონდო

ეკიპაჟი


ორ რუს, ქართველს და ებრაელს
ტანკი ერთი ერგოთ წილად,
ერთ მთლიანად კი ქცეულ სულს
ხვედრად ტანკი ერგო ბინად.

ბერლინს მიახწიეს კიდეც,
უბან-უბან მიდის ბრძოლა,
ათასობით სკდება ჭურვიც-
ბოლო ბრძოლის ჟამი დგება.

ცეცხლში იწვის დედამიწა,
ნაფლეთებად იფლითება,
როგორც დღისით - ნათელია,
ფარავს ყვირილს აფეთქება.

სახლს რომ ფლობენ ფაშისტები,
ტყვია-წამალს არ გვაკლებენ,
ცეცხლის ალში გახვეული
ტანკი მოდის ჩვენს საშველად.

იარაღს გიორგი ტენის,
უმიზნებს ჭურვს ვალოდია,
ლიოვა ყუმბარას ისვრის,
უმატებს სიჩქარეს კოლია.

სადგომი მტრის გაარღვიეს,
ზარალიც დიდი აჩვენეს,
სასაფლაოსკენ ფაშისტებს
გზა წეშმარიტი უკურთხეს.

ცეცხლში იწვის დედამიწა,
ნახშირდება, იფერფლება,
როგორც დღისით - ნათელია,
თუმც ბაღი არ აყვავდება.

ორ რუს, ქართველს და ებრაელს
დაწვა ტანკში ერგოთ ბედად,
ერთ მთლიანად კი ქცეულ სულს
ხვედრად ტანკი ერგო ბინად.

---
ითარგმნა 10.02.2015


Джондо

Экипаж
                                                                       
Два русских, еврей и грузин                         
Сражаются в танке одном,                             
Их дух стал на время един,                           
А танк превратился в их дом.                       

Вошли наконец - то в Берлин,                       
Берут за кварталом квартал,                             
Вокруг рвутся тысячи мин -                           
Фашистский предсмертный оскал.                 

Земля полыхая огнём,                                                                       
Горит, разрываясь в клочки,                             
От взрывов светло словно днём,                     
И грохот - кричи не кричи.                               

А в доме фашисты сидят,                                   
Для нас не жалеют огня,                                   
На помощь танкисты спешат,                           
Хотя полыхает броня.                                     

Георгий задвинул снаряд,                                 
Володя с орудия бьёт,                                       
Наш Льёва подкинул гранат,                             
А Коля дает полный ход.                                   
                                                                                                                                 
Пробили в немецкий форпост,                         
Танкисты огромную брешь,                             
Фашистов везут на погост,                               
Подавлен и этот мятеж.                                     

Земля полыхает огнём,                                     
Обугливаясь на лету,                                         
От зарева свет словно днём,                             
Здесь вряд ли сады зацветут.                           

         
Два русских, еврей и грузин,                           
Горят вместе в танке одном,                           
Их дух навсегда стал един,                             
А танк стал навечно их дом.                           


© ჩოპყრიგჰტ: Джондо, 2007
Свидетельство о публикации №107120501499


   



Теймураз Табатадзе

Красный город


Зима после обеда дожёвывала солнечные лучи,                         
смерть следом за снежинками вошла в город,                                     
псом испуганным, изнеможённым глядел                             
на слабую жизнь с высохшей слезой голод;
умолк лай собак, воробьи не летали...
                                 
Жизнь противилась самой мысли о смерти,                               
надежда заботливо клевала крошки...
Сатана долю требовал ежедневно,                             
бесчинствуя смело, ведь не было Бога; 
бульон кошачины ставшее желанным …
                                                               
Психоз с жадностью съедал целиком город,                           
и «спал»  ангелочек на оконной раме;                                       
голод - жизнь мёрзлыми  кусочками мерил;                             
хранила для деточки свежее мясо...                                             
на коленях матери лежала кукла...

Не было Бога, потому, осмелевший,
не Сатана – сам Адам, сошедший с ума –

Изгнанная с Райского Сада в Ад, билась         
жизнь упорно в сетях проливного дождя... 

------                                   

«Среди руин города, мать на оконную раму ( на мороз, чтобы не испортилось)
положила тело погибшего ребёнка, что бы спасти голодающего живого.»
« Для меня было тяжело создавать собирательный образ стихотворения,
вобравшего ужас Сталинграда, Ленинграда, да и любого голодомора в мире.
Стихотворение - выражение моего протеста против насилия.» - Темур.
2014-02-06

   
------

Переведён с грузинского языка 13.02.2015 




თეიმურაზ ტაბატაძე
                                                                                             
წითელი ქალაქი
                   
                      ,,ნანგრევებადქცეულ ქალაქში, დედას                                         
                    უფროსი შვილის ცხედარი, ყინვაში, ფან-                                               
                    ჯრის რაფაზე დაედო, რათა არ გაფუჭებუ-
                    ლიყო და უმცროს შვილს უზოგავდა, ში-
                    მშილისაგან რომ ეხსნა."
                                          ავტორი.

ნასუფრალ მზის სხივებს ლოღნიდა ზამთარი,                                             
ფანტელებს შემოჰყვა ქალაქში სიკვდილი,                         
ცრემლშემშრალ სიცოცხლეს, უმზერდა ,,აფთარი,”                 
შიმშილი, დამფრთხალი და სასომიხდილი.                             
სიცოცხლეს არ ჰქონდა სიკვდილის ატანა,                               
იმედი ნამცეცებს მზრუნველად კენკავდა,                               
თავის წილს ითხოვდა ყოველდღე სატანა,                               
არ იყო ღმერთი და ამიტომ ბედავდა.                                       
კატების ,,წვნიანი” ოცნებად შემორჩა,                                       
ძაღლები არ ყეფდნენ, არ ფრენდა ბეღურა,                               
ფსიქოზმა ქალაქი სრულიად შებოჭა.                                       
ყინვაში ანგელოზს რაფაზე ,,ეძინა,”                                           
შიმშილი სიცოცხლეს ნაჭრებად ზომავდა,                               
დედიკოს მუხლებზე თოჯინა ეწვინა,                                       
თოთო ხორცს შვილისთვის მომჭირნედ ზოგავდა.                 
არ იყო ღმერთი და ამიტომ ბედავდა,                                       
სატანა კი არა, ადამი შეშლილი,                                                 
სიცოცხლე დელგმაში ჯიუტად ფეთქავდა,                                       
,,სამოთხის ბაღიდან” ჯოჯოხეთს დევნილი.                             
                                                                           
                             

ჩემთვისაც მძიმე იყო ამის წერა. ყველაფერი ერთად
,,შევკარი." სტალინგრადი, ჰოლოდომორი, ლენინგრადი
და არ ვიცი კიდევ თუ იყო ამგვარი რამ სადმე.
ამით მსურდა ჩემი პროტესტი გამომეხატა ძალადობისა-
დმი.

თემური57. 2014-02-06